НЕТ ЦЕНЗУРЕ

Обзор журналистики и блогосферы

История

Тайны золотого чемоданчика найденного в Крыму в 1925 году

В начале 1925 года в Крыму под Керчью был найден клад. Крестьянин крымского села Марфовка Семён Нешев на месте распаханного кургана, натолкнулся на старинные погребения. Под плитой среди костей лежали золотые старинные украшения. Там были ушные подвески тонкой работы, диадемы и женский головной убор, украшенный сердоликовыми камнями. Столь богатое убранство говорило о том, что погребённая женщина при жизни занимала очень высокое положение в обществе. Это вполне могла быть могила царицы Фидеи, правившей готами в первые века нашей эры.

Уникальную находку по решению властей передали в керченский историко-археологический музей, знаменитый на весь мир своей экспозицией от древнегреческих скульптур до золотых и серебряных украшений скифов и сарматов. В 1926 году музею исполнилось 100 лет. Это событие было отмечено выходом особой книги, своего рода каталогом находок сделанных на керченском полуострове за всё время существования музея. Это издание стало известно всем историкам и археологам всей планеты и не только им. Сенсационные материалы из каталога перепечатывали даже газеты. Американец Арманд Хаммер сделал запрос о стоимости этого собрания драгоценностей и получил ответ, что керченская коллекция бесценна.

В 1941 году началась Великая Отечественная война. Войска гитлеровской Германии вторглись в Советский Союз. Когда началась война и немцы вошли в Крым, сокровища приготовили к эвакуации. Сложили в большой чёрный чемодан, закрыли, затянули ремнями, наложили печати и вместе с остальными экспонатами музея отвезли в керченский порт. Эвакуация драгоценностей проходила в обстановке строжайшей секретности. Общий вес сокровищ составил 80 килограммов. О том, что именно находиться в чёрном чемодане, знали лишь несколько человек. Директор музея Юлий Юльевич Марти, первые лица горкома партии и несколько высокопоставленных военных. Отправленное в эвакуацию золото, обратно не вернулось.

Армавирское местное отделение русского географического общества (РГО) заинтересовалось всей этой историей и пытаеться выяснить, куда же всётаки оно пропало. В нашем расследовании нам помогает русский и советский журналист, писатель и краевед, уроженец станицы Надёжной Отрадненского района Краснодарского края, бывший главный редактор Отрадненской районной газеты «Сельская жизнь», член Союза журналистов России, Станислав Кириллович Филиппов, с которым мы неоднократно встречались в станице Отрадной. Он посвятил нас во все тайны и загадки этой истории и на основании его рассказов была написана эта статья.

Пропажа 80 килограммов золота, заставило нас организовать поиски предельно тщательно. Мы начали работать в архивах. В архиве и была сделана самая первая находка напрямую связанная с пропавшими драгоценностями. Нам удалось разыскать документ, подтверждающий сам факт эвакуации сокровищ. Из найденного нами акта следует, что 26.09.1941 года драгоценности в сопровождении директора музея Ю.Ю.Марти были отправлены из Керчи в Тамань. К акту был приложен список предметов, находящихся в чемодане в момент отправки. Всё это называлось «спецгруз №-15».

В содержании этой описи было написано: «Золотая диадема, украшенная зёрнами граната, большая золотая пряжка, наушные подвески, женские украшения в форме сфинксов, коллекция монет из червонного золота в количестве 112 штук, золотые бусы, маски, пояса, браслеты, кольца, древняя икона в золотом окладе» и многое многое другое. Всего 719 изделий.

Начало поиска было положено. След чемодана терялся между крымским и кавказским берегами. Драгоценности как в воду канули. Куда же они могли деться? Для очистки совести мы решили убедиться, что сокровища всётаки не утонули. Вот какую именно картину нам открыли фронтовые сводки тех дней. В конце сентября 1941 года над керченским проливом непрерывно висели немецкие истребители и гонялись за каждым судном оказавшимся в их поле зрения. 26 сентября были расстреляны три из пяти катеров шедших в Тамань. Два из них затонули. Данных о том что стало с катером перевозившим музейные ценности в том числе и чемодан с античным золотом в портовых журналах найти не удалось. Судно могло с равным успехом как добраться до берега, так и пойти ко дну. Катера уходя от истребителей, наверняка маневрировали, поэтому останки их могли лежать на дне пролива где угодно. Перспективы были совсем не радужные, поэтому прежде чем решиться на подводные поиски мы ещё раз хорошенько проанализировали информацию, полученную в архиве. И после изучения списка тех кто погиб в проливе в конце сентября 1941 года у нас появилась надежда, что поиски будут продолжены всётаки на берегу.

                                           Версия первая: сокровища на берегу

Сопровождал чемодан Ю.Марти, директор музея. В списках погибших или пропавших без вести его не оказалось. Не было его и среди спасённых из воды, это вселяло надежду, что катер с сокровищами всётаки причалил. Удалось также выяснить что основной поток переправы из Крыма грузов шёл с побережья на Краснодар. Соответственно туда могли быть отправлены и разыскиваемые нами ценности. Мы на удачу сделали запрос в местный архив. Не попадаеться ли в документах военной поры фамилия директора керченского музея Марти и получили ответ, что обнаружена копия отчёта Юлия Юльевича Марти о проведённой эвакуации музейных ценностей. Оказалось, что их катер тогда чудом ускользнул от немецкого самолёта. Юнкерс постоянно висел над судном, даже делал вид что атакует, но не стрелял.

На берегу спецгруз номер 15 вместе с другими экспонатами музея перегрузили в военные машины. Из Тамани автоколонна действительно отправилась в Краснодар. Дорога была не лёгкой. Конвой постоянно бомбили и обстреливали немецкие самолёты. Юлий Марти описывает эти события так: «При налётах мы прятались в придорожных канавах, оставляя в машинах всё, кроме нашего чемодана, который приходилось тащить с собой в укрытие. Сберечь ценности я был обязан при любых обстоятельствах. Таково было указание партии».

Когда экспедиция наконец таки добралась до пункта назначения, все экспонаты, включая и золотой чемодан были укрыты в краеведческом музее Краснодара. Юлий Марти составил отчёт, подписал акты о передаче музейных ценностей местным товарищам и с сердечным приступом лёг в больницу. Но все 719 предметов керченской коллекции были им сданы в целости и сохранности. Секретный спецгруз №-15 в течении пяти месяцев хранился тут, в подвалах музея. Но знать о золоте было положено узкому кругу лиц. Директору музея, секретарю партийной организации да начальнику особого отдела НКВД.

Тем временем, немцы захватив Крым, развернули наступление на Кавказ. В феврале месяце 1942 года в Краснодаре началась эвакуация. Золотой чемодан отправили подальше от линии фронта, в Армавир. И вовремя. Оказываеться гитлеровцам уже было известно о вывезенных из Керчи древних сокровищах. Поступила команда от самого шефа СС Генриха Гиммлера, драгоценности найти во чтобы то не стало. Одновременно со взятием Краснодара в городе появилась специальная зондеркоманда. В составе её были германские археологи и известный специалист по тайным операциям Карл Керстен. Он был причастен к похищениям и вывозу ценностей из музеев оккупированной Германией стран Европы. А не задолго до войны, как стало известно, под видом журналиста побывал и в Керчи и лично видел экспозицию музея.

В краснодарском отделении гестапо собрали всех жителей города, кто хоть что-то мог знать о вывезенной из Крыма музейной коллекции. Особо гитлеровцев интересовали золотые украшения. Но информации немцы собрали немного. Находяться экспонаты в 19 ящиках и в одном чёрном большом чемодане с которым обращаються особо аккуратно. Неделю назад весь груз под усиленной охраной был отправлен в Армавир.

Мы установили имена и должности тех людей, которые приняли на хранение в Армавире керченскую коллекцию, включая и золотой чемодан. В Армавире спецгруз №-15 приняла Анна Моисеевна Авдейкина, инструктор секретного отдела горисполкома. И отправила в Москву телеграмму, что все ценности прибыли в целости и сохранности. Со слов Анны Авдейкиной, чемодан снова опечатали сургучём, поставили печать армавирского горисполкома и спрятали в комнате, где хранились особо важные документы. Потом Анна Моисеевна заболела тифом и несколько недель была между жизнью и смертью. Очнулась, когда немцы вплотную уже подошли к Армавиру. Кое как поднялась с постели и шатаясь побрела к зданию армавирского горисполкома. Дом был разрушен попавшей внутрь авиабомбой. Взрывом уничтожены и ящики с экспонатами керченского музея. Погибла практически вся коллекция. В уцелевших комнатах всё было вверх дном, двери сорваны. Авдейкина вошла через разбитый проём в свой кабинет и глазам не поверила. Из угла присыпанный мусором и бумагами, торчал тот самый чёрный чемодан.

Этот эпизод со слов Авдейкиной записал следователь НКВД два года спустя: «Нашли председателя, надо было видеть как он разволновался и стал искать машину. Город бомбили. Вокруг пыльный  полумрак и свист осколков. Наконец пригнали старенькую полуторку. Здоровые мужики с трудом подняли чемодан в кузов. Председатель приказал мне и шофёру гнать прямо в горы в станицу Спокойную и сдать драгоценности в отделение районного банка. Все другие выезды уже контролировали гитлеровцы».

В тот момент, когда Анна Авдейкина с золотым чемоданом покидала Армавир, с другой стороны в город входила немецкая зондеркоманда. В разрушенном здании горисполкома СС-совцы нашли груду обломков, то что осталось от крымской коллекции. Археологи подтвердили, это бывшие экспонаты из керченского музея. Но где же чемодан? Снова начались допросы. Вскоре у гестапо был словесный портрет Анны Авдейкиной и её домашний адрес.

По рассказам армавирцев, когда немцы вошли в Армавир, к дому Анны тут же прибыли гестаповцы. Они тщательно обыскали весь дом, даже истыкали штыками стог сена во дворе. Немцев интересовало, когда и на чём Авдейкина уехала из города и что именно взяла с собой. И особенно, как в деталях выглядел чёрный чемодан. Фашистам удалось установить, что Авдейкина с чемоданом выехала на грузовике в южном направлении. Тут же на поиск автомобиля в воздух было поднято звено истребителей. Как оказалось, пилоты Люфтваффе грузовик всётаки подбили. До станицы машина «доползла» уже на спущенных скатах.

В станице Спокойной, чемодан с драгоценностями из рук Авдейкиной, перешёл в руки Якова Марковича Лободы, директора местного отделения Госбанка. Составили приёмно – сдаточный акт и новую опись, старая осталась у Авдейкиной. Не смотря на то, что приключения золотого чемодана длились уже почти целый год, ценный груз продолжал оставаться в целости и сохранности.

6 августа 1942 года немцы вошли в Спокойную. В это время из станицы выходил обоз с беженцами, среди них был и Яков Маркович Лобода, который на телеге вёз чемодан с сокровищами и 40.000 рублей, наличность, взятую им из банка. Обоз был перехвачен солдатами германской армии, но Якову Лободе повезло, гитлеровцы, вдохновлённые наступлением, были настроены благодушно. Они не стали мирных беженцев не расстреливать, ни арестовывать. Немцы бегло осмотрели телеги, не хитрый скарб, в котором был грязный, полузасыпанный сеном чемодан не привлёк их внимание.

Солдатам Вермахта не могло прийти в голову, что в старой телеге, тщедушно запряжённой крестьянской лошадкой, может быть скрыто 80 килограммов драгоценностей. Яков Лобода домой возвращаться не стал. Свернул с просёлка и направил лошадь с телегой прямо в лес. Как выяснилось позже, он рассчитывал найти партизан. Отряды в Краснодарском крае формировались ещё с весны, по  мере продвижения немцев, мужики уходили в леса, где уже были подготовлены базы с оружием и даже с продовольствием. По данным наркомата обороны на территории края с 1942 года по 1944 год, действовало 89 партизанских отрядов. Один из них был создан из жителей Спокойной и соседних с ней станиц. Этот отряд и искал новый хранитель золотого чемодана.

В одной из справок из архивов НКВД написано: «Местный партизанский отряд был создан 9 августа 1942 года. 27 августа Лобода Яков Маркович сдал ценности керченского музея на хранение начальнику снабжения отряда Яковлеву. Ценности сданы в присутствии комиссара отряда тов. Малькова и в полном объёме соответствуют первоначальной описи».

Сдал Яков Маркович и взятые из банка сорок тысяч рублей, а сам остался в отряде на должности рядового бойца. Груз ответственности упал с плеч банковского служащего. На оккупированной врагом территории, партизанский отряд в лесу был лучшей защитой для драгоценностей. Но тут то они и пропали, причём при странных обстоятельствах.

В 1944 году немцев изгнали с Кавказа. Сразу после освобождения в Спокойную приехали сотрудники НКВД. Им было поручено забрать чемодан с драгоценностями у бывшего руководства отряда. Тут то и выяснилось, что чемодана ни у кого из них нет. Он попросту исчез. Особисты очень удивились что золота нет. В Москве были уверены, что сокровища находяться в полной сохранности. На место дислокации отряда была отправлена экспедиция, которая в одной из землянок обнаружила большой чёрный чемодан, полностью соответствующий описанию. Об этом тут же доложили в Москву. Доклад был коротким и сухим и вовсе не радостным. Потому что чемодан оказался пуст.

Тут же было начато расследование. Допрашивали не только бывших командиров, но и вообще всех бойцов отряда. Складывалось впечатление, что органы хотят знать про партизанский отряд всё. С первой минуты его существования и до последней. На бумаге отряд существовал ещё задолго до подхода немцев. По плану при появлении врага, партизаны собирались в условленном месте в лесу и потом выдвигались к месту своей постоянной дислокации. Яков Лобода с золотым чемоданом успел в самый последний момент. Вскоре партизаны вышли в путь  и через семнадцать дней подошли к подножию горы Беден. Как выяснили сотрудники НКВД к этому времени золотой чемодан уже был пуст.

                                         Версия вторая: обогащение по-партизански

Нам удалось ознакомиться с копиями допросов которые проводили особисты. Оказалось, что по пути следования отряда чемодан исчез и был случайно обнаружен в лесу во время привала. Из показаний партизанского отряда бойца Квасина явствует «К воде в низине спустился боец по фамилии Магдычев. Он привёл напоить волов, которые тянули повозки. Тут он и обнаружил чемодан. По его собственным словам, тот лежал раскрытым, рядом валялось что-то блестящее. Магдычев подобрал блестящий предмет и тайком принёс в отряд. Некоторое время он прятал его, но вскоре неудержался и показал бойцам».

О находке стало известно командиру отряда, Магдычева обыскали и изъяли сделанную из золота змейку. Оказываеться, многие партизаны к этому моменту успели спуститься в яр, к тому месту где лежал чемодан. Все они утверждали, что золота в самом чемодане не было, но в ручье какие-то мелкие блестящие предметы лежали. Буквально несколько штук. Они то и стали добычей бойцов. В отряде возникла атмосфера подозрительности, но как мы узнали из следственных документов, обыскивать партизан, командир отряда Соколов, почему то запретил. Магдычева приговорили к какому то мелкому наказанию, но даже не допросили. Он погиб в первом же бою. Поэтому, сколько драгоценностей было в раскрытом чемодане на берегу у ручья, так никто и не узнал. Почему Соколов запретил обыскивать других бойцов? Командир лишь приказал принести чемодан обратно в обоз. Куда же делись сами сокровища? Это и выясняли следователь НКВД.

Следователи НКВД одного за другим вызывали к себе жителей станицы. После допроса всем рекомендовалось держать язык за зубами, соблюдать тайну. На следствии некоторые партизаны признались, что действительно находили и хранили необычные вещи, но особого значения им не придавали, относились как к безделушкам. Поэтому находки все куда то подевались.

Из показаний медсестры отряда М.Шульженко явствует «Я только нашла золочённый крест, облепленный красной медью. Я не помню сейчас, куда его дела». А вот показания бойца Н.Сысоева «В сентябре 1942 года я нашёл две старинных маленьких монеты. Я их долго носил в кармане, а затем, где то потерял». В результате всего было выяснено судьба нескольких вещей. Золотая змейка Магдычева попала к командиру отряда и больше её никто не видел. Крест, о котором рассказала санитарка Шульженко был утрачен. Две маленькие монеты найденные бойцом Сысоевым исчезли.

Но куда делись остальные предметы? Более семисот наименований. Чемодан весил восемьдесят килограммов. В нём было семьсот девятнадцать предметов. Может быть его и впрямь разграбили сами партизаны? Только признались в этом далеко не все.

Партизан Магдычев Григорий Иванович утверждал, что обнаружил чемодан уже пустым, а если он говорил правду? Не мог ли кто-то из бойцов, воспользовавшись суматохой взять и перепрятать большую часть сокровищ? А услышав звук шагов Магдычева, бросить чемодан и незаметно вернуться в отряд? Постепенно сотрудники НКВД добрались и до партизанки Ирины Гульницкой. Она была в отряде в роли казначея. По данным следствия, отряд она покинула самовольно ещё до окончания боевых действий. При ней было не меньше тридцати тысяч рублей, а также небольшой ящичек. Ни денег, ни ящичков в ходе следствия у Гульницкой не нашли. Зато обнаружили у неё две странные монеты. Экспертная комиссия установила, что монеты старинные и вполне могут принадлежать керченскому кладу. Гульницкая с этим не спорила, но сама утверждала, что нашла монеты в лесу. Тайна чемодана ей также была не известна как и всем остальным. По её мнению к исчезновению сокровищ приложило руку командование отряда.

Итак, мы установили, что чемодан с сокровищами не утонул, что он не был утерян в суматохе отступления из Краснодара, ни погиб от удара авиабомбы в Армавире, его не захватили немцы, остановившие обоз. Теперь все перипетии с чемоданом, происходили в отдельном партизанском отряде, куда он был сдан по приказу властей, как бы на ответственное хранение. Мы ещё раз обратились к следственным документам и обнаружили интересную деталь. Бойцы называли предметы, подобранные ими возле раскрытого чемодана не иначе как странные вещи цвета бронзы с разноцветными стёклышками. Это были обычные крестьяне, люди простые и малообразованные, непонимающие какие сокровища у них в руках. А руководство отряда состояло из людей вполне просвещённых, партийных функционеров, советских работников, офицеров. Они знали что именно лежит в чемодане, но при этом считали, что рядовые партизаны о тайне чёрного чемодана не догадываються.

Действительно, взять чемодан без тени подозрения, мог только кто-то из командиров. Воспользовавшись суматохой, он мог перепрятать быстро сокровища, например в мешок, а чемодан бросить так, чтобы его обязательно нашли, даже специально оставив там немного золота.

Дальше начинаеться что-то невероятное. Документы найденные в архивах органов безопасности, читаються как пьеса, написанная для театра абсурда. Из архивов НКВД явствует «18 марта 1943 года бывший комиссар партизанского отряда И.Мальков и замначальника снабжения М.Фёдоров составляют акт, в котором свидетельствуют:все ценности документоотделения Госбанка в том числе чемодан и 40.000 рублей были сожжены в лесу ввиду невозможности их эвакуации».

Фиктивность этого акта обнаружилась очень скоро, сразу после освобождения. Партизанский снабженец Фёдоров и комиссар отряда Мальков, попались на том, что хотели в банке обменять крупную сумму денег, якобы купюры промокли, пришли в негодность и их нужно заменить на нормальные. Мальков к слову уже занимал пост секретаря райкома партии. Но оказалось, что деньги эти те самые что Лобода сдал на хранение в отряд вместе с чемоданом и которые потом были якобы сожжены вместе с драгоценностями. Акт сожжения восьмидесяти килограммов металла абсурден по определению. Конечно в огне даже небольшого лесного костра можно сжечь банкноты или испортить вид ювелирного украшения, но чтобы были уничтожены или попросту испарились 80 кило золота, это уже из области фантастики.

Может быть имелось ввиду сожжение только чемодана, а не его содержимого? Но во первых чемодан оказался цел, а во вторых куда делись сами сокровища? Не заметно рассовать по карманам 719 красивых безделушек, партизанские командиры не могли, слишком много предметов. Значит оставалось только одно, спрятать драгоценности в лесу до лучших времён, а потом перетащить их куда-нибудь по ближе к цивилизации, например в свой собственный погреб. А вдруг, сокровища до сих пор лежат где-то под полом? Напуганные следствием, не имея возможности реализовать найденные богатства в Советском Союзе, похитители могли молчать десятилетиями и унесли эту тайну с собою в могилу, так и не дождавшись перемен.

Вдруг, совершенно неожиданно получила развитие тема, которая уже фигурировала в нашем расследовании, но на какое то время осталась за рамками поиска. В архивах НКВД мы обнаружили протокол допроса партизана Потресова. Он вспоминал об особой зондеркоманде, которая охотилась за сокровищами. Потресов рассказал, что осенью 1942 года отряд постоянно участвовал в боях с гитлеровцами. Причём соседних партизан немцы особо не тревожили, а вот за отряд из Спокойной шла настоящая охота. Разведчики из числа местных жителей докладывали, что эту охоту ведёт именно зондеркоманда СС, в помощь которой приданы дополнительные силы Вермахта. Дислоцировались СС-совцы в Спокойной, были у них в составе отряда и штатские, вроде бы археологи и искали они именно чемодан с золотом. Исчезла эта зондеркоманда из окрестностей Спокойной неожиданно, словно нашли то что искали и убрались восвояси.

                                           Версия третья: сокровища в Германии

Изучая деятельность зондеркоманды, мы задались вопросом, откуда немцам было известно о содержимом золотого чемодана? И нашли ответ. Среди документов керченской немецкой администрации была обнаружена копия описи чемодана. Но как она здесь оказалась? Ведь её составляли секретно в присутствии высокопоставленных партийных чиновников. А может среди наших был предатель и гитлеровцы с самого начала отслеживали передвижение чемодана? В этом свете по новому предстаёт переправа чемодана из Керчи в Тамань. Вспомним, что над катером долго кружился самолёт и не открыл огонь, хотя все суда в те дни нещадно атаковались немецкой авиацией. Почему самолёт не стал обстреливать катер? Может быть просто он следил за ним?

Гитлеровцы целенаправленно охотились за драгоценностями из керченской коллекции. Это подтверждает и посещением музея Карлом Керстеном и последующие события. Как известно зондеркоманда действовала по личному указанию Генриха Гиммлера и то что в отряде находились учёные, подчёркивает серьёзность миссии немцев. Есть основания предполагать что античные сокровища привлекли внимание «Аненербе», организации изучающей древнегерманскую культуру и наследие предков и которую курировал сам Гиммлер. Цель организации: обоснование расовой теории со строго научных позиций, чтобы добыть доказательства былого величия и превосходства индогерманской нордической расы. В различных частях мира, на Тибете, Ближнем Востоке, Скандинавии проводились раскопки. По мнению фашистских специалистов, обнаруженные в Крыму сокровища могли принадлежать легендарной готской королеве Фидее, поэтому само собой принадлежали Германии.

Как известно, готы были одним из основных германских племён и то что ещё 2000 лет назад они имели на Чёрном море собственную развитую культуру, делало их в глазах гитлеровских идеологов очень ценными предками. Клад, найденный под Керчью, представлял собой богатое готское захоронение. Немецкие музеи до этого практически не имели ни одной вещи, которая бы принадлежала восточной, ост-готской культуре. Поэтому поискам керченских реликвий придавалось особое значение. Ценность этого клада для немцев была не просто очень высока, эти сокровища могли стать дополнительным подтверждением высшего предназначения арийской расы. Удивляет другое, то что эти поиски в одночасье прекратились. В конце ноября месяца 1942 года зондеркоманда из Спокойной исчезла. Причин может быть две. Либо немцы узнали что сокровищ больше в отряде нет и искать нечего, либо сами же ценностями и завладели. Однако постепенно мы пришли к выводу, что украшения древних готов германцам не достались. Косвенным подтверждением этому было то, что предметы с чёрного чемодана за послевоенные десятилетия не высветились ни в одной коллекции ни на одном аукционе мира. Мы очертили круг организаций, которые могли быть причастны к исчезновению сокровищ. И вдруг обнаружили, что странно в этой истории повели себя и сотрудники НКВД.

                                           Версия четвёртая: добыча НКВД

Чекисты вполне могли похитить драгоценности. Прямых доказательств этому нет, но уж больно странно велось следствие, очень нехарактерно для этой организации. Комиссар Мальков Иван погоревший при обмене им же украденных денег был всего лишь снят с должности первого секретаря райкома. Казначей отряда Гульницкая Ирина обвинялась в измене Родине, но отсидела в тюрьме ровно три месяца и была отпущена. Для того сурового времени, наказания эти смехотворны. Но зато всё встаёт на свои места. Чекисты тайно вывозят сокровища, аккуратно закрывают дело, виновные наказаны. Золото сдаёться в Гохран и используеться для секретных операций Советской власти.

Большинство наших версий вполне имеет право на существование. Но к сожалению ни одна из них не ответила на вопрос: где сейчас находиться пропавшее золото? И тут нам в руки попало письмо бывшего начальника штаба отряда Комова. Письмо многое расставило по своим местам. В этом письме начштаба сообщает, как он вместе с работником банка Яковом Лободой зачем то закапывал в лесу ящики с патронами. Вот отрывок из этого письма: «Среди ящиков кажеться был и чемодан что привёз Лобода. Точного места я не помню. Закапывали где-то у станицы, но место это было отмечено на карте у командира Соколова». Командир партизанского отряда Соколов вскоре погиб в бою, а сама карта пропала. К декабрю месяца 1942 года положение отряда стало крайне тяжёлым. Наступили морозы и вдобавок ко всему немцам наконец то удалось окружить партизан.

Итак, подведём итоги. Сокровища не утонули в море. Их не увезли в Германию и не переплавили в золотой лом. Их не расхитили партизаны и не унесли чекисты. По видимому сокровища до сих пор лежат где-то в земле.

P.S. Летом 1946 года местные мальчишки нашли в лесу золотую пряжку овальной формы, пряжку из золотого чемодана. Будут ли найдены сокровища, это вопрос времени. Мы предоставив специалистам опись, сделали запрос о стоимости драгоценностей и недавно был получен ответ. Пропавшие сокровища сегодня оценены более чем в двадцать миллионов долларов. Но есть ещё и культурная, историческая ценность этой коллекции.

Член Русского географического общества (РГО) города Армавира, Фролов Сергей

05.05.2018, 16:30

Подписывайтесь на нас в Facebook