Эксперты: в КНДР экономический рост Ким Чен Ын поднял страну с колен

Несмотря на годы изоляции, КНДР переживает экономический подъем. Пока допускается частная собственность, при этом должна сохраняться видимость поддержки идеологии. Помогает ли это режиму Ким Чен Ына?

Через пять лет после прихода к власти Ким Чен Ына Северная Корея испытывает подъем в строительной отрасли. Улицы стали более оживленными, а люди больше не голодают, сообщают специалисты по Северной Корее. Блистательное открытие в апреле проспекта Рёмён в столице Пхеньян — всего лишь пропагандистская вывеска, под которой чествовал себя коммунистический режим. Рядом с государственным сектором и внутри государственного сектора в Северной Корее развивается рыночная экономика, которая, по словам южнокорейских наблюдателей, позволит возникнуть новой капиталистической буржуазии.

«Прошедшие пять лет не были временем северокорейского экономического чуда, — говорит Андрей Ланьков, занимающийся исследовательской работой в университете Кунмин в Сеуле. — Но экономическое положение значительно улучшилось». О состоянии экономики закрытого коммунистического режима либо нет статистики, либо она не является точной. Многие наблюдатели в Южной Корее оценивают темпы экономического роста на севере в последние годы на 2-3% ежегодно.

Южнокорейский Центральный банк оценивает рост в коммунистическом режиме в годы правления Ким Чен Ына примерно на 1% в год. Исключением был 2015 год, когда засуха нанесла ущерб сельскому хозяйству и производству электроэнергии на гидроэлектростанциях. Данных за 2016 год пока нет, и они тоже были бы только ориентировочными. «Постоянно существует риск, что наша статистика полностью ошибочна», — говорит исследователь Северной Кореи Пак Сон Сун (Park Son-sung) из университета Dongguk в Сеуле.

Как и большинство наблюдателей, он объясняет экономическую стабилизацию двумя причинами: децентрализация процессов принятия решений в сельском хозяйстве и на предприятиях, а также усиление роли частных рынков в стране. Некоторые наблюдатели считают, что прогресс экономики Пхеньяна весьма ограничен. Это заблуждение: сельская часть Северной Кореи также процветает, говорит Ланьков и цитирует слова Джона Кеннеди: «Прилив поднимает все лодки». Количество рынков оценивается как 400-500, и за прошедшие годы их число возросло. Северные корейцы могут продавать товары за прилавками в помещениях рынков, при этом они ежедневно платят рыночный налог администратору, сообщает Хон Джи Хван (Hong Jea-hwan) из Корейского института национального объединения (KINU) в Сеуле.

Рынок процветает, заводы простаивают

На этих рынках продаются привезенные из Китая товары, одежда или продукты питания собственного производства, говорит Хонг. Также торгуют обувью и топливом, которые люди изготавливают сами. Институт KINU оценивает количество продавцов и администраторов на официальных рынках примерно в 1,1 миллиона человек. Сюда добавляется черный рынок. Без этих рынков северные корейцы не смогли бы выжить, говорит Хон. Многие заводы простаивают.

 О роли, которую играет в экономическом подъеме Северной Кореи вождь Северной Кореи Ким Чен Ын, мнения расходятся. Ким провозгласил стимулирование экономики и производство ядерного оружия основными направлениями государственной политики. Он не только допускает частные рынки, он способствует экономическому подъему, считает российский исследователь Ланьков. Двумя реформами 2012 и 2014 годов Ким, по крайней мере на бумаге, дал больше свободы сельскому хозяйству. Ким позволил рынки только потому, что они приносили налоговые поступления государству, возражает Хон из института KINU, за этим не кроется долгосрочная стратегия.

Частные рынки могут также свободно развивать собственную динамику, которую сложно остановить и отменить. Многие годы, в частности, с помощью проведения денежной реформы 2009 года, прежний руководитель и отец Ким Чен Ына, Ким Чен Ир пытался покончить с ранее допустимыми нишами частной экономики. Но после протестов населения в 2010 году режим отступил, и частные рынки снова расцвели. С тех пор режим больше ничего не предпринимал для подавления рынков, говорит Хон из института KINU.

Беседы с беженцами показали, что разные регионы Северной Кореи управляются по-разному. Также неясно, насколько осуществилась реформа 2014 года, которая была направлена на возвращение семейных предприятий в сельское хозяйство. «Сельскохозяйственные кооперативы повсеместно упраздняются», — говорит Ланьков. Северная Корея при Ким Чен Ыне совершила шаг вперед, с которого Китай начал свой путь от социалистического планового хозяйства к рыночной экономике.

Влияние рыночной экономики проникает не только в сельское хозяйство, но и в предприятия бытового обслуживания и в обрабатывающую промышленность. Частные предприятия допускались уже долгое время, хотя они нелегальны, говорит Ланьков. Формально и по платежам предприятия регистрируются как государственные, фактически же они управляются как частные. Существуют не только частные рестораны и розничные магазины, но и частные предприятия горнодобывающей промышленности и частные нефтеперерабатывающие предприятия. Значительная доля рыбного промысла, а также междугородное автобусное сообщение находятся в частных руках.

«Режим не признает частной собственности на производственный капитал, но он гарантирует самостоятельное управление, в котором предприятия, как отдельные части, инкорпорированы в государственное предприятие», — объясняет Ли Чжэ Ён, (Jeong Hyung-gon), вице-президент Корейского института международной экономической политики (KIEP). Таким образом сохраняется идеология социалистической нации, и одновременно развивается новая капиталистическая буржуазия, как двигатель экономического роста.

Растущее благосостояние этого слоя, Don-ju или «хозяева денег», можно оценить по количеству пользователей мобильных телефонов в Северной Корее. Число договоров на мобильные телефоны оценивается в три и более миллионов при населении около 25 миллионов человек. Количество реальных пользователей может быть значительно меньше, предупреждают такие наблюдатели, как Ланьков. Так как, учитывая быстро растущие тарифы на мобильную связь в Северной Корее, становится целесообразным иметь несколько телефонов. Поэтому более реалистичное количество — более двух миллионов, говорит Ланьков. Это намного меньше, чем в Южной Корее, где количество договоров на мобильные телефоны превышает численность населения.

«Они не могут вынести, когда компании делают деньги»

В то же время история с мобильными телефонами в Северной Корее объясняет и то, почему режим, несмотря на специальные особые экономические зоны, имеет трудности в привлечении прямых иностранных инвестиций. Мобильную сеть с 2008 года создавала египетская телекоммуникационная компания Orascom, которая получила монополию в этой сфере до 2012 года. Затем Северная Корея противопоставила ей государственных конкурентов и одновременно отняла бизнес у Orascom. Такова судьба каждого успешного иностранного инвестора в Северной Корее, говорит Ланьков. «Они не могут вынести, когда те делают деньги, и тогда экспроприируют предприятие».

Don-ju, которых в Южной Корее также называют «красными капиталистами», играют роль не только в частном предпринимательстве, но и в качестве инвесторов в роде публично-частного партнерства. Эти люди поддержали режим при строительстве новых домов на проспекте Рёмён, говорит Хон из института KINU. Взамен они получили право использовать эти здания — и не только для жилья. Или они получат медали, которые показывают их связь с режимом — для защиты их формально нелегального бизнеса.

Красный капитализм, который развивается под социалистическим режимом, однако, вывел Северную Корею вперед лишь условно, предупреждает Ли Чжэ Ён, из института KIEP. Фокусировка Don-ju на мелком производстве и транспортных услугах указывает на то, что производительность в действительности не растет, растет только торговля. Ли Чжэ Ён, говорит о том, что улучшение экономики является иллюзией. Режим Кима остается неоднозначным, смешивая плановую и рыночную экономику, а экономическое положение по-прежнему нестабильным, говорит экономист.

Вашингтон готовит новые санкции против Северной Кореи

В то время как Северная Корея угрозами и неудачным испытанием ракеты поддерживает напряженность на северо-востоке Азии, США готовят новые санкции. Президент Дональд Трамп в интервью в выходные дни сказал, что рассматривает вариант военного реагирования на ядерные испытания Пхеньяна. Его советник по национальной безопасности Герберт Макмастер (H. R. McMaster) предупредил о возможной реакции на испытания ракет Северной Кореей, Америка рассматривает варианты ответа от ужесточения санкций до, в случае нужды, военного варианта.

В прошлую субботу Северная Корея в шестой раз в этом году осуществила запуск ракеты, которая по данным Южной Кореи взорвалась уже через несколько минут. Таким образом страна, по ее собственному признанию, реагирует на действия Соединенных Штатов, которые увеличили давление. Максимально быстро будут предприняты все меры для усиления ядерного сдерживания, заявил коммунистический режим в понедельник.

Тем временем, правительство в Вашингтоне стремится достичь международного согласия со своим новым курсом, направленным против Северной Кореи. Трамп в выходные пригласил в Белый дом критикуемого филиппинского президента Родриго Дутерте (Rodrigo Duterte), а также главу правительства Таиланда Прают Чан-Оча (Prayut Chan-o-cha). Представитель американского правительства мотивировал это тем, что угрозы со стороны Северной Кореи так велики, что надо разговаривать со всеми партнерами в регионе. На прошлой неделе министр иностранных дел Рекс Тиллерсон (Rex Tillerson) на Совете безопасности ООН уже призвал к ужесточению курса против Северной Кореи.

Между тем Америка и Южная Корея спорят о финансировании установки новой системы противоракетной обороны Thaad. Макмастер заявил о стремлении к пересмотру договоренностей о финансировании. Система противоракетной обороны будет установлена в соответствии с соглашением о статусе войск, согласно которому Южная Корея предоставит землю и оснащение, а Соединенные Штаты оплатят расходы по эксплуатации и содержанию. После выступления правительства в Сеуле для Соединенных Штатов речь идет не о расторжении существующих договоров, а о регулярных, предстоящих в 2018 году, очередных переговорах о статусе войск.

По материалам

11.05.2017, 15:05